Доченьки

О семье Поздняковых мы писали в прошлом году. Тогда в ней было четверо приемных детей — три дочери и один сын. Теперь их стало пятеро. И все девочки…

Что произошло в доме, где царили любовь и благополучие? Какие еще испытания выпали на долю родителей и детей, которые, казалось, были вполне счастливы? Но сначала давайте вспомним, почему Зинаида и Сергей Поздняковы решились взять в семью первого обездоленного ребенка.

Саша из "Надежды"

Сидели они как-то вечером на кухне своего дома в селе Казачье — и вновь и вновь бередили свою незаживающую рану: сына вспоминали. Их первенец Сергей в мае 2002 года погиб в Чечне, жизнь свою молодую положил за Россию и ее будущее. И они гордились им, и плакали, и горевали, и никак не могли унять сердечную боль. Люди воцерковленные, благочестивые, они держались верой и молитвой. А в тот вечер у Зинаиды Николаевны невольно вырвалось:

— Ну хоть бы ребеночек от него остался, что ли, а то ведь — ничего…

И вдруг они словно прозрели. Ребеночек. Вот что нужно им в память о сыне. После гибели старшего брата трое младших Поздняковых — Роман, Игорь и Денис — тоже жили в каком-то оцепенении. Поэтому решение родителей взять малыша в дом только поддержали. Ведь они взрослеют, у них появляются свои жизненные планы и цели — и оставлять маму с папой в таком горьком одиночестве было бы тяжело. Так в их доме появился первый нахохлившийся воробушек — пятилетняя дочка Саша из Задонского социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Надежда».

Валю им привели соцработники. В семь лет девочка чего только не пережила: пьяные дебоши матери, одиночество и голод, а потом и смерть родительницы. У Вали уже сформировался характер, она была замкнута и резка. Но Зинаида Николаевна, перекрестившись, оставила и ее.

Потихоньку жизнь начала налаживаться. Сыновья разъехались: один в Липецк, двое других — в Москву, учиться. Девочки привыкали к семейному очагу, родительской заботе и ласке. Но и к требовательности: убирать за собой, управляться на кухне, учиться печь и жарить. И спрашивать с себя. И исповедоваться перед батюшкой: понятие греха, проступка вошло в их жизнь только в новом доме, в новой семье.

А тут в районе осталась без родительского попечения еще одна девочка, Катя. И вновь Поздняковы встали перед выбором: брать или не брать.

Почему именно к ним вели обездоленных малышек? Да потому что наверняка. Люди они верующие, непьющие, ответственные — плохому не научат. И назад не сдадут. А то ведь сплошь и рядом: возьмут приемные родители ребеночка — а через год, попользовавшись государственной поддержкой, возвращают. Мол, не сошлись характерами. Зинаиду Николаевну смущало другое: переехали-то они с Севера, из Норильска, строили дом, разбивали огород, завели живность — на все на это нужно было время и силы. К тому же они с мужем вместе с другими прихожанами восстанавливали храм в Казачьем. Да и трое сыновей нуждались пока в помощи и поддержке родителей. Смогут ли они вырастить, воспитать еще и троих девочек? Но, глянув на Катю, уже не сомневались: ну конечно, дочка, что тут еще скажешь.

Все девочки были из пьющих втемную семей, матери опустились донельзя, отцы находились неизвестно где. И все же Поздняковы не унывали, видели, что дети дорожат домом, родителями, что стараются заниматься, читать, не отлынивают ни от каких трудов. Вечерами они все собирались за столом на просторной кухне, разговаривали, делились секретами с мамой и папой. А однажды Зинаида Николаевна вышла на крыльцо — а там мальчик…

Знали люди, что Поздняковы и котенка не выбросят, не то что ребенка. Вот и сделали доброе дело: привезли в приемную семью безнадзорного на то время малыша. Пять лет Поздняковы лечили Сережу — ему понадобились четыре операции! — и учили, возились с его питанием — он страдал желудочными заболеваниями — и воспитанием: мальчик был медлительным, долго настраивался на занятия. А может, просто с малолетства не был приучен к дисциплине, к понуждению себя — через «не могу», через «не хочу»…

И вдруг в их жизни появилась родная мать Сережи. Зинаида Николаевна не стала препятствовать ее желанию забрать сына. Однако той понадобилось время, чтобы вновь завоевать доверие ребенка и опекунских органов, восстановиться в родительских правах. Как разрешится судьба мальчика? Сумеет ли он принять «новую» маму, которую плохо помнит? Об этом более года тому назад мы могли только гадать. И вот что произошло дальше.

Конечно, сердце Зинаиды Николаевны изнывало от боли. Как отдать ребенка, ставшего своим, в которого вложено столько любви, заботы, волнений? Поэтому когда она увидела в районной газете портреты двух малолетних сестричек, изъятых из неблагополучной семьи, то лишь тяжело вздохнула. И помолилась за то, чтобы нашлись добрые люди и взяли девочек. Тем более у них оставались пусть и пьющие, но родители. Они с мужем уже боялись прикипать к детям, у которых есть мать.

Но когда эти «ангелята», как пел в своей песне о доченьках один известный исполнитель, появились на странице газеты второй, потом третий раз, Зинаида Николаевна не выдержала. Девочки и так провели в реабилитационном центре девять месяцев. И были желающие взять их, однако все как-то не складывалось. Значит, это наши дочки, решили Поздняковы — и поехали в райцентр.

— Ну разве это не Божие провидение, что за один день мы прошли все комиссии, и уже в пять вечера у нас были готовы все документы — хоть сейчас забирай малышек и вези домой! — вспоминает Зинаида Николаевна. — Что мы и сделали…

Так в семье стало пять сестричек и братец Сереженька. Который все больше отдалялся от них. Родная мама навещала сына, брала его к себе на выходные, на каникулы. Она устроила свою личную жизнь, не бедствовала. И когда в январе этого года суд восстановил ее в родительских правах, Сережа с видимым облегчением покинул приемных родителей и сестер. Поздняковым оставалось утешать себя тем, что так будет лучше для мальчика.

Малышек быстро приучили держаться друг за дружку. И сегодня все девочки — настоящие сестры. Валя и Саша пошли в восьмой класс, Катя — в шестой, Лиза — в первый, а Аринке еще только пять лет. Девочка получила в родной семье травму позвоночника, и сейчас ее упорно лечат. Старшие братья их любят и поддерживают.

— Слава Богу, — восклицает их мудрая, по-русски простая и добрая мама, всегда с косынкой на голове, всегда приветливая и чуть грустная, — что он мне дал такую счастливую старость! Моим детям не надо говорить, что делать — они сами все знают и понимают: я на кухню — они уже там хозяйничают, я с тяпкой на огород — они рядом.

Ко всему, девчонки еще и хорошо учатся, в том числе в художественной и музыкальной школах, вяжут и вышивают. В доме чистота и порядок. А недавно в семье случилось прибавление: сын женился. В столицу учиться на врача, как один из братьев, стремится и Валя. Мечтают об успешной жизни и ее сестры. Они настолько Поздняковы, что диву даешься таким плодам воспитания. Тем более все матери, родившие их, уже завершили свой земной путь. И у «ангелят» родители недавно погибли, напившись. Так что вовремя их из родной семьи изъяли.

Впрочем, какая там родная. Родная — это там, где детей окружили любовью и заботой, где даровали физическое и духовное исцеление.